ЦСКП
Также в разделе:
Заработала новая версия сайта
Коллеги и партнеры:


  • Rambler's Top100

    Яндекс цитирования

    ЦСКП: Стенограмма заседания на тему: "Россия после выборов"

    [05.03.2012]

    Шувалов Ю.Е. Я всех вас поздравляю с победой нашего лидера, Владимира Владимировича Путина. Это победа долгожданная, она во многом произошла благодаря в том числе и нашей работе, и интеллектуальных центров партии «Единая Россия». Я считаю, что, конечно, здесь наступает новый этап, этап очень интересный, ответственный, который, собственно говоря, трудно даже спрогнозировать, но этим он и интересен. Потому что та реформа политической системы, которая предложена Президентом и которая сейчас будет реализовываться в парламенте, создает новые условия – условия конкуренции, в которой наша партия должна занять свое место, и определить это место надо во многом с нашим участием, во многом, проведя обсуждение.

    Я, может быть, специально ухожу от эмоциональности, потому что действительно вопрос о том, какой будет «Единая Россия», мне кажется, является сейчас актуальным и интересным. Поэтому я считаю, что сохранение той базовой концепции, которая была заложена еще на съездах «Единой России» и объявлена в программных документах партии ценностно-ориентированной, опирающейся на такие ценности, как Справедливость, Свобода, Вера, Семья, остается самой важной для партии большинства. Оставаться такой партией – это наша задача, которую, я думаю, мы снимать не собираемся. И занять эту нишу, сохранить ее мы сможем тогда, когда мы перестанем называть себя партией власти, а будем одной из ведущих политических сил правящей партии на сегодняшний день.

    Я уверен, что позиции правящей партии «Единой России» удастся сохранить при проведении политической реформы, о которой мы говорим, но для этого надо много работать и реально входить в режим конкурентной политической борьбы.

    Владимир Путин по факту состоявшихся выборов становится Президентом, которого поддерживают разные политические силы. Я позволю себе сделать такой вывод, исходя из такого предварительного анализа (то, что получил Миронов, то, что получил Жириновский) – существенное количество голосов, которые были даны в свое время на парламентских выборах, отданы Владимиру Владимировичу. Я думаю, это говорит о том, что Владимира Владимировича поддержали разные политические партии.

    Характерной новостью вчерашнего дня, конечно, стал результат Прохорова. Мы не раз давали оценки Прохорову как политику, и видно, что он действительно развивается, как политик. Мне кажется, он взял не только голоса «ЯБЛОКА», если говорить о парламентской кампании, но и те голоса протестного электората, которые не участвовали или, так сказать, участвовали протестным образом в думской кампании. Поэтому, я думаю, что новые условия создают возможности для формирования новых патриотических, демократических и каких-то еще партий, но «Единая Россия», участвуя в трансформациях, которые происходят, должна сохранить себя как ведущая политическая партия, стоящая на принципах консерватизма.

    Вот мой первичный анализ результатов президентской кампании. Еще раз поздравляю с этими результатами.

    Спасибо.

    Пожалуйста, Владимир Николаевич, вам слово.

    Плигин В.Н. Действительно, уважаемые коллеги, поздравляю с теми событиями, которые случились. И вся дискуссия, которая была вчера, которая, видимо, возникает и сегодня, это дискуссия, строившаяся вокруг института легитимности, мне кажется, под собой не имеет никакого рода почвы, потому что были проведены серьезные, открытые, конкурентные выборы, которые совершенно точно определили лидера, и который действительно был поддержан различными слоями общества.

    Возникает вопрос, традиционно совершенно… Вторая декада для России в начале каждого века была декадой достаточно сложной, это касалось практически всех веков российской истории, и в настоящее время те шесть лет, которые предстоят, конечно, будут периодом достаточно бурным, исключительно важным в рамках строительства российской государственности.

    Мне представляется, что, опираясь на тот авторитет, который в настоящее время есть, авторитет, поддержанный многими общественными силами Российской Федерации, нам всем придется сосредоточиться (и это очень важно) на строительстве институтов российской государственности. Для нас очень важно будет в этот период времени, опираясь на личность, вместе с тем перейти на строительство институтов. Конечно же, это такие важнейшие общественные институты, как собственно гражданское общество, партии, как важнейший институт гражданского общества, парламент, который должен будет в рамках системы, которая складывается, занять свою нишу. И, мне представляется, «Единая Россия» в рамках этого строительства институтов должна сыграть свою позитивную роль, понять и выработать программу строительства этих институтов.

    Следующий момент. В течение этого срока, с моей точки зрения, решатся фундаментальные вопросы, которые касаются формирования представления в Российской Федерации о собственности. Одним из вопросов является: справедливость и несправедливость приобретения собственности. Мне представляется, что в течение этих лет мы должны сделать все для того, что если этот вопрос и возникал бы, он уже носил, скорее, теоретический характер, чтобы институт собственности сложился и те трансформации собственности, которые происходят, проходили в рамках правовых институтов.

    Следующий момент, который связан и который задан в том числе и президентством Дмитрия Анатольевича Медведева, это институт правового государства и существенное повышение роли и права. А существенное повышение роли правового государства – это в том числе и решение той национальной беды, которая в настоящее время есть, это беда, связанная с коррупцией, неправовыми действиями института, феодализацией определенных отношений. Но, собственно говоря, это связано и со строительством государства. И соответственно в рамках сотрудничества с национальным лидером партии «Единая Россия», с моей точки зрения, это должно сыграть свою существенную роль.

    Теперь, собственно, по поводу идеологии партии (это, наверное, отдельный предмет для разговора). Мне представляется, что она должна отражать, как минимум, праволиберальную, правоконсервативную политику и выстраивать эту политику последовательно. И мне представляется, что в рамках рассуждения о результатах кампании и тому подобном, нам необходимо продолжить сотрудничество со всеми слоями (а это существенный средний класс, это и верхний уровень среднего класса, кстати, и крупный бизнес), выстраивая такого рода правоконсервативную, праволиберальную политику в рамках конкуренции за многие вещи. Поэтому мне представляется, что нам в рамках наших клубов, наверное, нужно будет сосредоточиться на этих вещах.

    Собственно говоря, это то, что я бы хотел сейчас добавить. Спасибо.

    Шувалов Ю.Е. Пожалуйста, Игорь Николаевич.

    Игошин И.Н. Уважаемые коллеги! Действительно первые эмоции, первые слезы, непонятно и даже неважно, чем они были вызваны по большому счету, они уже позади. И начинается этап анализа, мы понимаем, что выборная кампания поставила точку в подведении итогов этапа развития страны. Мы живем совершенно другой повесткой дня, нежели мы жили вплоть до последнего дня выборной кампании. А эта повестка дня сформирована площадной активностью, высокой гражданской активностью, которой в стране раньше не было длительное время, и программными статьями Владимира Путина, где он берет на себя четкие, довольно жесткие обязательства, очень серьезные, очень амбициозные и как обязательства, которые сложно не выполнить. Общество не готово к какому-то прощению обязательств кандидатов в президенты. Мы это сегодня понимаем. Причем большинство из этих обязательств должно быть выполнено в ближайший год-два, а многие из них в ближайшие дни.

    И в этом контексте, когда мы говорим о том, что «Единая Россия» в очередной раз победит и возглавит и т.д., мы должны понимать, что это, видимо, будет другая «Единая Россия». Пусть будет то же самое название, но это будет такая же другая партия, как и другая повестка дня в стране. А мы можем опять же подойти к этапу, когда Президент подпишет пакет законопроектов по политической реформе, по открытию «шлюзов» для регистрации новых партий, по выборам губернаторов в ситуации, когда мы делаем какие-то дежурные заклинания, когда мы говорим о важности победы нашего кандидата. Нам также важно ко всему этому еще и прийти с технологией победы в новой политической реальности.

    Как мне кажется (я не знаю, здесь, наверное, нужна дискуссия), мы к технологии этой победы сегодня еще не готовы, мы еще не осознали в полной мере. А если Владимир Николаевич видит, что это, наверное, должна быть праволиберальная партия – логика размышления понятна, но в то же самое время мы должны понимать, что мы потеряем целый ряд людей, которые столь длительное время составляли фундамент «Единой России», которые не готовы будут встать на площадку четкого, правового консерватизма. И сейчас перед нами, перед «Единой Россией», вместе с окончанием предыдущего этапа и открытием повестки дня нового этапа стоит целый ряд вопросов, на которые мы на сегодняшний день еще не ответили.

    Мы пытались находить ответы на эти вопросы давно. Вопросы эти назревали в обществе. Та же самая клубная дискуссия (на сегодняшний день у нас в партии пять клубов), она в известной степени пыталась ответить на этот вопрос. Понятно, что не все удалось, но где-то, может быть, будущие идейные водоразделы этой дискуссией положены. Я думаю, что нам очень важно сейчас быть, как это говорили раньше, в авангарде перемен и постараться осмыслить эти перемены быстрее других, найти рецепты быстрее других и в новой политической реальности снова быть лидерами. Причем понимать технологически, понимать, что тот же самый административный ресурс, который, несомненно, был на нашей стороне (не будем закрывать глаза), больше нас в этой степени работать не будет. Страна меняется, мы должны меняться вместе с ней.

    Вот, пожалуй, главное, что я хотел сказать.

    Шувалов Ю.Е. Андрей Михайлович Ильницкий. Пожалуйста.

    Ильницкий А.М. Спасибо, Юрий Евгеньевич.

    По-моему, очень правильно было сформулирован зачин дискуссии: какой должна быть партия «Единая Россия»? Попробую найти ответ на этот вопрос с точки зрения того, что ответ надо искать в том, какой должна быть политическая система страны и ее стержень – партийная система.

    Часть коллег уже порассуждала по этому поводу. Мне кажется, что прошедшие выборы после декабря показали следующее. Да, мы наблюдали (и это уже сложившаяся система) такой левый «отёк» политической партийной системы, когда от нас слева – партия «Единая Россия» – партия центра, и большинство партий концентрировалось слева, а справа была пустота. И это такой определенный вызов.

    Посмотрите, что произошло на этих выборах. Кроме той активности, о которой сказал Игорь, вызванной в том числе тем, что люди не находили в партийной институции, в тех лидерах, которые существовали, тех, за кого голосовать, а поэтому шли на митинги. Мы отвечали на вопрос, что нет людей справа и нет институтов справа. А что получилось на этих выборах? На этих выборах мы с вами увидели провал Миронова. После этих выборов с очевидностью, на мой взгляд, будет следовать то, что называется «большевизация КПРФ». И приход туда товарища Удальцова – это то, что, на мой взгляд, начнет двигать КПРФ именно влево-влево.

    И что получается? Получается то, что в стране при том левом «отёке» в партийной карте страны обнаруживается колоссальная дыра, которая во всем мире закрывается социал-демократическими массовыми партиями. Это первое.

    Второе. Мы еще раз увидели пустоту справа и отсутствие лидеров. В этой ситуации, понятно, что устойчивая политическая система будет, если, грубо говоря, политическое партийное «меню» будет полностью заполнено, и люди (каждый под себя) могли найти свой пункт. И в этой связи, где место «Единой России», на мой взгляд? Мне кажется, что с неизбежностью правее нас появится партия (Прохоров ее возглавит или кто) крупного капитала, либеральная, правая партия, праволиберальная, назовите ее любой. И с неизбежностью слева от нас будет организовываться партия левого центра. И здесь возникает ответ на вопрос: «А где мы?» А мы становимся партией центра правового, причем именно так: не правового центра, а центра правового.

    Мы не должны уходить (Юрий Евгеньевич, здесь абсолютно прав) за избирателем с «Болота» далеко вправо, но мы и не должны растягиваться так, чтобы пытаться охватить весь центр. Тогда мы разорвемся просто. Давайте все-таки четче определим, кто наш избиратель, а это большинство того лояльного среднего класса «30 плюс», живущего в крупных и средних городах, который не приемлет и видел, что произошло после таких срывов революций на рубеже 80-х и 90-х годов. Но та его часть «30 минус», которая никогда не проголосует за нас, а проголосует за какую-то иную институцию, пусть голосует за Прохорова.

    Итак, резюмируя, коллеги, на мой взгляд, основная интрига ближайшего времени будет заключаться в следующем. Смотрите, что будет слева от нас, и появится социал-демократическая партия. Может быть, а почему бы нет? Почему бы это не был ОНФ, например.

    Вторая интрига – все-таки заполнение пространства справа.

    Третья интрига – это та поросль, которая должна вырасти после введения закона о регистрации партий. И хорошо, что он параллельно идет, мы сразу же снимаем подозрение, что все у нас делается сверху. Пусть прорастают и растут все цветы.

    И четвертое. В этой комбинации мы должны (поддерживаю Игоря и коллег), не уходя со своего места очень далеко, все-таки четче определиться на своем месте в центре. На мой взгляд, это правый центр. Спасибо

    .

    Шувалов Ю.Е. Интересно. Спасибо.

    Ирина Анатольевна Яровая, пожалуйста.

    Яровая И.А. Здравствуйте, уважаемые коллеги! Прежде всего, я поздравлю нас с праздником. Я считаю, что сегодня у России действительно праздник, и я думаю, что Россия сегодня может смело говорить о том, что показала всему миру пример настоящей народной демократии, кто бы и что бы ни говорил по этому поводу.

    И, наверное, феноменальность и уникальность тех событий, которые происходили вчера в нашей стране 4 марта 2012 года, вписаны в историю нашей страны и вписаны прежде всего гражданами России. Я думаю, что самое главное утверждение, которое останется, что все разговоры по поводу того, есть ли в России гражданское общество или нет, в общем-то, себя исчерпали. Гражданское общество в России есть.

    Более того, если говорить о том, каково главное направление и какова повестка, которую формируют сами граждане России, на мой взгляд, это повестка объединения и повестка такого гражданского патриотизма, это поддержка государства, поддержка своей страны. И полагаю, что дан еще один очень важный ответ. Поскольку в отношении разных государств теми или иными технологами использовались различные, но в принципе очень похожие сценарии, я думаю, что граждане России показали, что в отношении России такие сценарии неприемлемы и что исполнять чужую волю даже при всех проблемах, которые есть сегодня в России (есть проблемы и в общественном сознании), никто не будет в нашей стране. Поэтому это еще один очень важный вывод и еще один очень важный тезис.

    Я полагаю, что поддержка Путина прежде всего связана с тем, что сам Путин предлагает совершенно другую демократию, чем та демократия, которую предлагают либералы, правые, левые, потому что демократия, которую предлагает Путин, – народная. Главная отличительная особенность демократии, которую предлагает Путин, это народная демократия, это демократия не элитарных, избранных групп, которые, будучи в меньшинстве, считают, что именно их позиция и есть демократия, а Путин предложил демократию, которую разделяет и выражает большинство граждан России.

    Андрей, на мой взгляд, затронул очень интересную тему, связанную с тем, а что нужно сделать «Единой России» и, собственно говоря, что сегодня должна представлять партия? Вы знаете, если проанализировать, то в принципе в экономической повестке, в социальной политике партия «Единая Россия» вместе с нашим лидером всегда действовала очень адекватно и реалистично. И в принципе именно с вами мы предлагали и реализовывали антикризисную программу, проекты, которые сегодня граждане России поддерживают. Но, наверное, есть два конкретных направления, которые требуют приложения усилий партии: это борьба с коррупцией и обеспечение безопасности.

    Несомненно, главная проблема «Единой России» заключается именно в этом, и тот оскорбительный тренд, который нашим оппонентам удалось приклеить как клеймо порока к партии, означает только то, что сегодня «Единая Россия» должна быть что называется в фарватере тех инициатив, которые позволят обществу избавиться на самом деле от самой серьезной проблемы, потому что если говорить о коррупции, как о явлении, а не просто о наборе противоправных преступных действий, то, конечно же, здесь необходимо, чтобы «Единая Россия» была не просто в числе авторов законодательных инициатив, она должна взять на себя эту работу.

    Мы с вами очень давно говорили о чистке партии (вы помните). Тогда у нас были разные точки зрения. У нас, Государственно-патриотического клуба была, может быть, очень крайняя точка зрения. Но жизнь показала, что если партия не будет избавляться о тех, кто использует политическую систему для решения своих личных проблем, в принципе движения вперед быть не может. Поэтому с точки зрения обеспечения безопасности это тоже та повестка, которая интересует людей и которая очень важна для государства. Причем это обеспечение безопасности в широком смысле слова: это обеспечение личной безопасности, государственной безопасности, обеспечение обороноспособности, это обеспечение экономической и продовольственной безопасности – то есть это целый комплекс вопросов, которые сегодня надлежит решать.

    Конечно же, итоги выборов – это еще и выводы для других партий. Мы с очевидностью понимаем, что партия «Справедливая Россия» и Коммунистическая партия должны менять своих лидеров, потому что их лидеры сегодня тянут партии назад. Конечно, коммунистические и социал-демократические идеи себя не исчерпали, но лидеры этих партий себя исчерпали. Итоги голосования, на мой взгляд, с очевидностью это показывают.

    Равно как итоги выборов показывают, что партии «Единая Россия» нужно еще дотянуться и дорасти до уровня доверия, который есть сегодня у нашего лидера. И то, что Путин сегодня больше, чем лидер партии «Единая Россия», а общенациональный лидер – это тоже очевидно.

    Поэтому, я думаю, у нас нет никакой растерянности (впрочем, мы всегда были очень реалистичны, и никогда не было никаких иллюзий). Я думаю, что сегодня «Единая Россия» по-прежнему остается ведущей политической силой, наиболее реалистичной, наиболее объединяющей общество (что тоже очень важно). Мне кажется, главное, от чего не нужно отказываться «Единой России», от идеи объединения, от идеи согласия в обществе, потому что сегодня многие политики по-прежнему делят граждан на электорат. Вот то, что «Единая Россия» на протяжении всех этих лет, на мой взгляд, реализовывала важнейшую миссию объединения общества, определения общей мотивации на решение серьезнейших проблем, никогда не демонстрировала растерянность и не пасовала перед проблемами – это очень важно.

    Полагаю, что Владимир Владимирович Путин по итогам проведенной избирательной кампании имеет все основания к тому, чтобы предлагать новые серьезные проекты развития и к тому, чтобы пользоваться поддержкой граждан России.

    Поэтому в заключение, я думаю, нужно сказать о том, что наши партийные клубы, которые сегодня работают и будут продолжать свою работу, по-прежнему те интеллектуальные площадки, которые позволят нам найти новые решения тех проблем, которые важны и интересны для общества. Спасибо.

    Шувалов Ю.Е. Я бы хотел сейчас слово Железняку предоставить. Но еще Владимир Николаевич хотел вступить в определенную полемику с Ириной Анатольевной.

    Плигин В.Н. Ирина Анатольевна предложила действительно сложный для сегодняшнего формата разговор по поводу другой демократии – демократии народной, демократии большинства. Я бы хотел сразу сказать: демократия большинства и поддержка большинства – это разные вещи, это надо понимать.

    Следующий момент. Демократия большинства, если говорим об автоматическом принятии решения, поддерживаемого большинством – это крайне сложная и противоречивая позиция. Почему? Потому что скорее мы можем говорить о демократии через понятие права.

    Но я не хочу углубляться туда. Я бы хотел сказать следующее: народная демократия, демократия большинства, поддержка большинства – разные вещи. И в целом ряде случаев можно говорить о поддержке большинства, но тем не менее говорить о демократии большинства в этой конфигурации более проблемно. В целом ряде случаев мы теряем, если угодно, очень точные позитивные реалистичные прагматичные представления, которые мы обязательно должны будем учитывать. В другой ситуации мы их не учтем.

    Но это отдельный очень сложный разговор.

    Яровая И.А. Владимир Николаевич, я бы не хотела, чтобы воспринималось очень упрощенно то, что я сказала, потому что если говорить о народной демократии, это как раз сегодня позиция, связанная с тем, что до настоящего времени у нас как демократия воспринималось только заигрывание (я хочу это подчеркнуть – «заигрывание») с меньшинством, попытка не согласовывать позиции, а попытка все время демонстрировать какие-то уступки и реверансы, которые на самом деле не основаны ни на законе, ни на праве, ни на реалистичной ситуации, ни на интересах России.

    Мне кажется, крайне плохо и то, и другое. Поэтому мы с вами, как юристы, понимаем, что демократия – это гораздо более значимые и фундаментальные серьезные вещи. Поверьте, я говорила не потому, что мы стремимся к какой-то крайности, но сегодня очень важно, что мы отказываемся от узкого понимания демократии, которое связано только с заигрыванием с меньшинством и не учитывает интересы большинства. Задача учитывать интересы и тех, и других.

    Шувалов Ю.Е. Пожалуйста, Сергей Владимирович.

    Железняк С.В. Знаете, мне на самом деле последняя часть нашего обсуждения понравилась больше всего, потому что она показывает тот важный этап, на котором мы сейчас находимся. Действительно, убедительная победа Владимира Владимировича является одновременно началом очень серьезных системных преобразований в нашем обществе, в том числе и в политической системе. Вчера, когда мы обсуждали итоги, Владимир Соловьев сказал, что та «кандидатская картинка», которую мы видим, в такой конфигурации уже больше никогда не повторится. Мы сейчас находимся на этапе радикальной смены, обновления политических элит, как в существующих политических партиях, так и в тех политических силах, которые возникнут в соответствии с теми изменениями в законодательстве, которые мы сейчас рассматриваем в Государственной Думе. И в этом смысле, конечно же, это одна из задач будет Владимира Владимировича как Президента этот процесс сделать максимально цивилизованным, открытым для всех конструктивных сил, при этом сделав эту систему в том числе в достаточной мере защищенной от радикализма и двух бед современного общества (не только российского, а всего мирового сообщества). Сделать это будет возможно действительно только при широком общественном обсуждении любых инициатив, которые будут касаться жизни и прав наших граждан.

    Второй момент, который хотел бы отметить. Несомненно, это потребует и от нас, как ведущей политической силы, значительного осмысления. Мы как раз с Иосифом Евгеньевичем Дискиным сидели и осуждали, что даже на уровне терминологии, многие из нас говорят одинаковые слова, но имеют в виду совершенно разное понимание этих слов. И в этом смысле нам необходимо будет соединить две тенденции. Первое, научиться говорить проще для того, чтобы быть понятными как можно бо̀льшему количеству наших избирателей. Второе. Конечно, по ключевым вещам договорить о терминологии, чтобы споры носили именно содержательный характер.

    Плигин В.Н. Можно, конечно, разговаривать очень просто. Но сначала я бы хотел, чтобы договорились в области сложной, а потом ее перевели в простую.

    Дискин И.Е. Идеология и пропаганда – многие помнят разницу.

    Железняк С.В. Я говорю не только для сидящих за этим столом, я говорю это и для тех, кто сейчас смотрит нас и читает интернет-трансляцию нашего сегодняшнего разговора. Есть такие! Причем достаточно активное обсуждение идет!

    Ровно в той степени, в какой мы будем понятны людям, мы будем иметь обратную связь и поддержку.

    Поэтому я очень надеюсь, что мы будем развиваться. Я сегодня с утра очень активно отбивался от очередной волны вопросов со стороны СМИ по проводу ребрендинга партии и т.п.

    Шувалов Ю.Е. Говорухин сказал о трансформации. У нас новое слово «трансформация».

    Железняк С.В. Здесь тоже важный вопрос. Я боюсь, как бы нам не оказаться в ловушке каких-то клише. Партия – это живой развивающийся организм, который этим должен заниматься постоянно, это постоянное развитие и изменение.

    Шувалов Ю.Е. Трудно не согласиться, что у нас должен быть скачок какой-то. Мы придерживали процессы изменений в партии.

    Железняк С.В. Юрий Евгеньевич, я как раз очень боюсь прямого линейного переноса процессов из области маркетинга в область политической деятельности.

    Шувалов Ю.Е. Согласен с вами, двумя руками за.

    Железняк С.В. Ни в коем случае не надо заимствовать даже терминологию, даже словарь маркетинговый для объяснения общественных явлений. Это как раз один из минусов всех «оранжевых» технологий.

    Шувалов Ю.Е. А от слова «ребрендинг» мы отказываемся. Не мы его вводили. Это госпожа Крыштановская его предложила.

    Железняк С.В. Я просто говорю, что в этом смысле процессы гораздо более комплексные, их таким образом и надо воспринимать. Спасибо.

    Шувалов Ю.Е. Владимир Николаевич, пожалуйста.

    Плигин В.Н. Что бы я хотел бы Сергею Владимировичу сказать: огромное спасибо за «простоту языка». Почему? Потому что несколько дней назад я вольно или невольно относительно простым языком сказал об одной сложной проблеме, она касалась вопросов борьбы с преступностью. При этом люди обсуждали такие вещи, которые вообще не произносились, которые даже не ставились в качестве целей. Но, видимо, ряд специалистов не до конца дочитали то, что предлагалось. Сергей Владимирович, я не знал, что это идет в Интернете. Язык будем упрощать. Спасибо.

    Шувалов Ю.Е. Я благодарен Владимир Николаевичу, что он вносит дискуссионность в наше сегодняшнее заседание. Мы действительно должны отойти от просто таких…

    Макаров А.М. Причем какая острая дискуссия! Это очень важно! Приятно! (Оживление в зале.) Нелицеприятная! В лицо просто: «Спасибо вам!» (Оживление в зале.)

    Шувалов Ю.Е. Скажите, что вы хотите.

    Макаров А.М. Это нелицеприятное брошенное в лицо Плигиным Железняку «Спасибо вам!» (Смех.) вносит такое ожесточение! Поэтому я заранее извиняюсь за тональность этой дискуссии перед тем, кто, не дай бог, смотрит нас сейчас. Мы не всегда так резки. (Оживление в зале.) Это важно! Здесь в основном интеллигентные люди.

    Кстати, обратите внимание, насколько все-таки мы – либералы – лучше владеем прилагательными. Вот когда мы говорим о патриотах, у них лучше междометия.

    Яровая И.А. У нас глаголы лучше! Посадить!..

    Макаров А.М. Вот умница! Пошла дискуссия! Она напомнила, я сразу понял, что хватит, я перехожу к патриотам.

    Потому что в принципе идея-то на самом деле старая: разделить страну пополам, одна половина будет сидеть вторая ее охранять. Нет, нет, к нашим патриотам это не имеет никакого отношения! Так же как и чуждые идеи «Болота» не имеют отношения к нашим либералам.

    Плигин В.Н. Андрей, пожалуйста, на эту тему… Знаете, я только что полторы недели назад был в «Перми-36». И вот с точки зрения «посадить – не посадить», когда ты смотришь в натуральную величину... На меня произвела впечатление следующая вещь. Приговор 1938 года: скрыл социальное происхождение, что отец был кулаком, решение: через пять дней расстрелян. Помощник машиниста тепловоза. Поэтому на эту тему «посадить – не посадить» – это тоже очень большое упрощение. Андрей, извини, пожалуйста.

    Макаров А.М. Ничего страшного! Обычно я перебиваю, а сегодня, поскольку я с утра таблетку принял, сегодня Плигин вместо меня. Это нормально. (Оживление в зале.)

    Я предельно краток буду. Тем более, честно говоря, все начальники уже выступили, и хочется с каждым из них отдельно согласиться и со всеми вместе тоже. Принципиально, естественно, согласиться.

    Есть ровно один вопрос. С моей точки зрения выборы должны людей объединять. Мне всегда так казалось, но я могу ошибаться. Вот у нас почему-то выборы людей разъединяют. И каждый раз, когда проходят выборы, послушаешь накануне, рядом иногда сидишь в Думе, просто интересно, как они тебе в глаза будут смотреть на следующий день после выборов? Ничего страшного, проходят выборы, и они смотрят, как ни в чем не бывало. Это такая нормальная политическая реальность.

    А что объединяет людей? Я вчера попробовал высказать эту мысль, когда была итоговая программа на Первом канале, что, на мой взгляд, объединяет людей всегда программа. Программа, которую обсуждают кандидаты, предлагают партии. На основании этого создается какой-то консенсус, как граждане страны видят будущее своей страны, какое будущее они хотят для себя, для своих детей. И дальше победивший кандидат реализует ту программу, которую большинство населения признало своей. И поэтому дальше возникает вопрос не о том, хороший кандидат или плохой, – когда заканчивается срок, он может отчитываться, что то, что было поставлено как задача, я это выполнил или не выполнил. И люди оценивают не лозунги, люди оценивают: сделано – не сделано, стала лучше жизнь или не стала.

    Я думаю, что победа Путина вчера – это то, что люди увидели… На самом деле, я скажу честно, не проблема партия и т.д. Статьи – это был взгляд по всем направлениям жизни. Причем, обратите внимание, на самом деле это был другой Путин, Путин не вещал (кстати, не вещал, в отличие от других кандидатов), он предлагал обсудить. Он не предлагал готовых решений. Даже возьмите этот налог на роскошь, это не то, что должно завтра появиться, он предложил, давайте сделаем так, чтобы, не дай бог, не ударить по среднему классу, чтобы здесь не наломать дров и т.д. То есть это обсуждение, это видение проблематики.

    Когда мы начинаем обсуждать какие-то вещи, ведь все сказано. И о независимом суде, который нужно создавать, и в этих статьях мы видим провалившуюся реформу МВД. Провалившаяся! Мы все это прекрасно понимаем, что создана неплохая база, связанная с тем, что повысили зарплату действующим сотрудникам МВД. Это правда! То есть сегодня есть база для того, чтобы попытаться отбирать лучших. Но вот этого отбора лучших не произошло, следовательно, огромный резерв для того, чтобы идти.

    Независимость суда, уважение частной собственности… То есть институты, институты и еще раз институты!

    Единственно, коллеги, мне кажется, сейчас абсолютно бессмысленно обсуждать тему: какие мы? Правые, левые, правый центр, левый центр и т.д. Честно говоря, нам и так наклеят ярлыки без нас, давайте хоть мы с вами не будем это определять. На самом деле главное, что было сказано, и люди это услышали, как мне кажется, центральной статьей была «Строительство справедливости». И дальше все институты: независимый суд, борьба с коррупцией, вопросы собственности, налогообложения, экономики, политики и т.д. – они все должны служить одной задаче: построению справедливости. Потому что люди видят огромную несправедливость, постоянную несправедливость, несправедливость во всех сферах жизни, и люди от нее устали. Если люди увидят, что мы с вами готовы участвовать в этой борьбе с несправедливостью, в восстановлении справедливости, то есть в той задаче, которую обозначил Путин, не имеет значения, как мы будем себя называть. У нас у каждого разные взгляды, разные убеждения, один считает так, другой – иначе, вряд ли мы можем принципиально изменить свои убеждения. Тем более говорят, что смена элит. Я прекрасно понимаю, я уже на пенсию скоро ухожу. Мы с Поповым вместе уйдем на пенсию, в принципе нам уже пора. Вы молодые, вы останетесь, все будет здорово.

    Просто, понимаете, есть одно «но», либо мы готовы участвовать в этой борьбе за справедливость, и люди увидят, что мы в этом участвуем, что мы существуем… Не для обсуждения вопросов о том, какая у нас демократия: народная, полународная, антинародная, временно народная и т.д. А когда они увидят, что мы готовы бороться за каждого конкретного человека, вот это и будет на самом деле вопросом о том: имеет права на существование любая партия, кстати, а не только наша. Это вопрос доверия людей.

    Мне кажется, если мы можем что-то сделать внутри, то мы можем сделать только одно: начать с себя и показать, что у нас нет никаких ограничений на то, чтобы свободно высказывать свои взгляды. Простите, для нас должно стать абсолютной нормой свободное голосование в Государственной Думе. Да, безусловно, есть вопросы, по которым будет консолидированная позиция, когда мы будем считать, что это вопросы чрезвычайно важные, и тогда будет собираться фракция, обсуждать эти вопросы. И если надо партия будет принимать решение по этим вопросам о консолидированном внятном голосовании, и мы будем объяснять обществу, почему мы так голосуем. Тогда у людей не будет возникать вопроса: почему они там бегают и нажимают кнопки? Мы объясним нашу позицию. А во всех остальных случаях? Да какие проблемы? Давайте пусть каждый свободно голосует.

    На самом деле таких вопросов очень много, и я думаю, что это предмет отдельного обсуждения.

    Сейчас, когда совершенно очевидно, что партии предстоит измениться, изменения ее должны пройти именно с точки зрения того, что партия должна быть нацелена вовне, на работу с людьми. Помогать людям бороться с несправедливостью, независимо от того, кто это будет: мэр, губернатор, чиновник, кто угодно. Не бояться того, что у тебя губернатор в регионе откуда-то избран, а идти и бороться с губернатором, если они нарушил чьи-то права. И тогда люди будут смотреть: мы просто слуги при ком-то или мы действительно защищаем их интересы!

    И внутри это должна быть структура, которая позволяет каждому выразить свою точку зрения. Вот если мы решим эти две задачи, значит, партия сохранится. Не решим – боюсь, ее ждут нелегкие перспективы.

    И последнее, что я хотел бы сказать. Пока, дорогие друзья, нам везет, потому что лидеры так называемого «креативного класса», которыми нам все время тычут в нос и говорят: вот, смотрите, какие они креативные, оказались жутко некреативными. Лидеры! И поскольку эти лидеры оказались некреативными и ничего придумать пока не могут… То есть строго говоря, я бы сказал так, что импотенция оппозиции сегодня намного сильнее, чем импотенция власти. У нас есть с вами возможность попробовать излечиться от импотенции быстрее, чем оппозиция, и тогда мы обязательно победим.

    Вот Общественная палата знает только один рецепт – «Виагра». Мне кажется, «Единой России» предстоит найти какие-то другие рецепты. Хотя, конечно, отрицать значение «Виагры» для Общественной палаты тоже не хотелось бы. (Оживление в зале. Шум.)

    Дискин И.Е. Первое. Я хочу поздравить партию «Единая Россия» с победой. Но праздновать необходимо заканчивать. Давайте поймем, с чем мы столкнулись. Здесь все-таки немного социологов, я попробую рассуждать, как социолог.

    Ясно, что избранный Президент предложил осень сложную технологию перестройки «путинского большинства». Его статьи, где он предлагает целый ряд проблем, по ценностному содержанию, по практическому содержанию, по тем группам интересов, к которым это обращено, это огромная программа перестройки «путинского большинства». С моей точки зрения, необходимо поддержать идейно политически формирование нового «путинского большинства», и партия «Единая Россия» (она для меня не чужая, я один из ее основателей, сейчас не участвую в ее жизни) должна поставить перед собой амбициозную задачу – превратиться в партию нового «путинского большинства». Это еще как реально! И для этого должна быть ясная прозрачная технология.

    Я сейчас уже, как социолог, про технологию. О чем идет речь? Я не каждый раз соглашаюсь с Андреем Михайловичем, но в данном случае согласен, Путиным предложена очень серьезная программа. Это не рассуждения, Андрей Михайлович, за этим стоит огромная беспрецедентная в истории России экспертная работа. И я, как один из немногих, кто прочел эти 600 страниц, вижу, что в каждой своей статье Путин шел по тем веткам, которые ему были предложены, и выбирал определенные альтернативы. Это на самом деле статьи, в которых сделан очень серьезный политический выбор, и этот выбор, с моей точки зрения, есть предмет для партии: объяснить, какие выборы были сделаны избранным Президентом. И это не простая задача, потому что, к сожалению, партия позволила дискредитировать целый ряд успехов, которые были достигнуты при ее поддержке.

    Рассказываю! Это как же можно было позволить, чтобы радикальная и очень успешная военная реформа в общественном мнении была дискредитирована и рассматривалась как поражение? Давайте посмотрим, это же умом можно тронуться! Вот если просто сопоставить, чего требовали от военной реформы либералы, и чего удалось добиться? Один в один! У меня сейчас нет времени, но я думаю, что стоит специально посвятить совместное заседание клубов.

    Потом палата проявила инициативу, пригласила Начальника Генерального штаба для большого… половина коллегии Министерства обороны присутствовала в палате, и мы всерьез подробно обсуждали, что происходило.

    Что мы услышали в наших СМИ? «Начальник Генерального штаба угрожает атомной войной». Написали вещь, которая пять лет назад до этого была утверждена в военной реформе. А то, что удалось радикально!.. Ведь страна стояла на краю катастрофы!

    Макаров А.М. Пять лет же не начиналась атомная война?

    Дискин И.Е. Андрей Михайлович, я тебя не прерывал.

    И это важно действительно, это благодаря тому, что прошла реформа. Потому что, если бы не была проведена реформа, в 2013 году армию можно было бы ликвидировать просто за бессмысленностью ее существования. Вот была ситуация ровно такая. И то, что сегодня не сильно хорошо вооруженная, но боеспособная армия, это реальное достижение. И это реальное достижение правящей партии. Но вместо того, чтобы убеждать общество в этом гигантском практическом успехе!.. Патриотизм, за которым не стоят мощные вооруженные силы, стоит дешево.

    Теперь к вопросу соответствия с такой конструкцией. Развязать достаточно активную общественную дискуссию относительно каждого несущего элементы программы Путина – это, на мой взгляд, технологический способ выстраивания реальной идеологии партии. Не идти от догматических представлений. Истинные консерваторы – это те, кто не полагается на догмы, а действует на основе анализа реальной практики. На мой взгляд, вполне достаточно трех важнейших ценностей, на которых выстроена программа Путина, это: патриотизм, справедливость и государственность. Этого вполне достаточно для того, чтобы формировать ценностное ядро партии, не заморачиваясь более детальными определениями, позволяя собирать всех, для кого Россия в себе важнее, чем их место в России. Это простая ясная технология.

    Но, извините меня, справедливость (я здесь совершенно с Сергеем Владимировичем согласен, и в этом смысле с Андреем Михайловичем)… Необходимо предъявлять обществу абсолютно честную позицию по больным вопросам, в том числе и по вопросам (здесь я согласен с уважаемой дамой) кадровым. Попытка защищать собственных мерзавцев – абсолютно безнадежное дело, это была самое уязвимая точка, и поэтому должен быть выработан в партии механизм, последовательный, не доводя до отставки, от оценки деятельности губернаторов и мэров, входящих в партию, с указанием просчетов, ошибок…

    Шувалов Ю.Е. Просто не допускать их до партии.

    Дискин И.Е. Нет-нет, люди живые, вы избираете людей одних, а когда они сели в мэрское или губернаторское кресло, это очень во многом другие люди. Они оказываются в очень сложной ситуации конфликта интересов.

    Шувалов Ю.Е. Но члены Общественной палаты приостанавливают свою партийность?! То же самое могут делать мэры и губернаторы.

    Дискин И.Е. Не нужно!

    Шувалов Ю.Е. Почему?

    Дискин И.Е. Почему партия не может гордиться губернатором Калужской области, который за короткий срок создал новый «Детройт»? Почему у партии нет возможности выстроить витрину успешных губернаторов и успешных мэров? С моей точки зрения, технологически должна быть выработана простая схема: партия, которая выдвигает кандидатуру губернатора и мэра, вместе с ним предлагает партийный наказ, в котором формируется перечень приоритетов и задач, которые он должен решить. Понятно, это не только программа губернатора, не только программа мэра, но и партийный наказ, который связывает фракцию «Единой России» в законодательном собрании, это наказ связывает губернаторы и мэра, и с него можно спросить посередине срока с ясным предупреждением о том, что если ничего не изменится, поддержки не будет.

    Шувалов Ю.Е. Это было, это не сработало.

    Дискин И.Е. А это не сработало, я объясню почему! Потому что нет желания действовать конфликтно, нет желания действовать профессионально, нет желания опираться, нет желания действовать принципиально.

    Шувалов Ю.Е. Попов Сергей Александрович пускай расскажет нам. Почему нет желания? На самом деле желание есть!

    Дискин И.Е. Потому что, извините, пожалуйста, тогда структура должна быть специальная экспертная, которая занимается анализом ситуации в регионе. Прежде всего, эта структура называется «региональная партийная организация», и кроме этого в ней должны присутствовать независимые эксперты, которые не давали бы «гулять» внутренним корыстным интересам.

    Макаров А.М. И дыба нужна!

    Дискин И.Е. А это, Андрей Михайлович, за вами в качестве партийного поручения. Если «Виагра» не нужна, то хотя бы дыба! (Оживление в зале.)

    На мой взгляд, если не допустить, чтобы партия проигрывала битву по острейшим проблемам, то проблема будущего партии, я смотрю, вполне оптимистична.

    Плигин В.Н. Иосиф Евгеньевич, мне бы очень не хотелось, чтобы в качестве сущности заседания осталось то, что мы договорились по тем трем терминам, которые вы назвали: патриотизм, справедливость и государственность. Это да, это, несомненно, но список надо существенно расширить, и по каждому из этих терминов (особенно по поводу справедливости) дополнительно серьезно говорить.

    Поэтому если вы сейчас (а вы потрясающе системно мыслящий человек) вобьете в сущность заседания, что мы договорились по этим трем терминам, мы, конечно, по ним договорились, но с расширением и усложнением каждого из этих терминов. Спасибо.

    Яровая И.А. Вы знаете, а я думаю, что Иосиф Евгеньевич обозначил ключевые вещи. Потому что расширять мы можем сколько угодно, мы это любим, и мы это всегда делаем. Но самое главное, чтобы это потом не потерялось. Понимаете? А вот то, что определены ключевые вещи: патриотизм, государственность и справедливость – это главное.

    Но я бы хотела сказать о другом. Почему не работало? Партийный контроль и парламентский контроль должны начать работать. И тогда мы можем вести речь о том, что партия будет не приложением к административному ресурсу, а реально действующей политической силой.

    Плигин В.Н. И последнее хочу сказать. Нельзя ни в коем случае, Ирина Анатольевна и Иосиф Евгеньевич, воспринимать так, что каждую из этих категорий я отрицаю. Но, однако, коллеги, если вы их возьмете и совершенно серьезно, вы посмотрите их природу, стимулы и т.п., выяснится, что мы, может быть, имели в виду не то.

    Дискин И.Е. Я-то точно! Все консервативные партии стояли ровно на этих ценностях.

    Шувалов Ю.Е. Иосиф Евгеньевич, нет главной ценности – свободы! Почему вы не можете это сказать? И, собственно говоря, дискуссии не будет на эту тему.

    Дискин И.Е. Справедливость.

    Шувалов Ю.Е. А свобода?

    Дискин И.Е. Как только вы начнете раскручивать понятие справедливости, у вас свобода… Это у либералов свобода абстрактна.

    Шувалов Ю.Е. Она является такой же необходимой частью.

    Дискин И.Е. Минуточку! Еще раз, свобода – есть инструмент при решении справедливости.

    Шувалов Ю.Е. То есть внутри, вы хотите сказать?

    Дискин И.Е. Это инструмент, потому что у вас никогда не будет ощущения справедливости, если у вас нет чувства свободы.

    Шувалов Ю.Е. Согласен.

    Дискин И.Е. Я тут готов отвечать перед любым трибуналом совести за эти три ценности.

    Марков С.А. Но свободу надо добавить.

    Дискин И.Е. Нет, не надо.

    Шувалов Ю.Е. Сергей Александрович Попов, можно вас попросить?

    Попов С.А. Несколько замечаний.

    Для меня очень отрадно утреннее заявление внесистемной оппозиции, которая провела правильный подсчет и вынуждена была признать очевидной победу Путина в первом туре. Я думаю, что этим заявлением вообще сняты все вопросы.

    И второй момент. Мы начали говорить о содержании, и чем надо заниматься уже с сегодняшнего дня. Мне кажется, что в задачи клубов сегодня можно было бы включить самое главное. Если колоссальная разработанная аналитическо-экспертная программа нашего лидера. Но у нас два варианта действий. Первый, ждать, пока соберется, допустим, Институт Федорова, специальная комиссия при Правительстве, которые на базе статей разработают развернутые программы и т.п. Или самим включиться сейчас в этот процесс и сделать свою партийную программу, не дожидаясь, пока это сделают за нас, и, может быть, сделать быстрее и предложить лидеру.

    Второй момент. Мы говорим об изменении политической системы, говорим о необходимости демократических преобразований и одновременно пытаемся определить свое место, место партии в нынешних реалиях. С моей точки зрения, если партия, безусловно, не будет меняться, она будет отставать и будет все больше и больше подвергаться критике со всех сторон.

    Только один маленький пример, чтобы было понятно. Если мы принимаем законы, связанные с необходимость выборов губернаторов в субъектах и говорим, что это важнейший шаг. А как надо избирать секретарей региональных отделений партии? Только один момент, чтобы у вас сразу в голове было соответствие. То есть, если партия не предложит аналогичный демократический ход внутри партии!.. Понимаете, о чем я говорю?

    Мы готовимся к съезду, и, я думаю, очень важно нам вместе вынести и специально эти вопросы пообсуждать, потому что помимо идеологической составляющей нашего кредо (Где мы: в центре, справа, слева?) важно говорить о том, а кто мы как организация? Рыхлая, не до конца жестко отмобилизованная или все же мы хотим создать организацию, которая будет четко контролировать ситуацию внутри, и в то же время давать возможность демократии     более оперативно реагировать на все происходящее. Потому что здесь есть две крайности. Очень хочется, и очень "чешется" (я так понимаю) создать новую систему карательных мер. С другой стороны, мы говорим о том, что надо проводить определенные демократические серьезные процедуры. Здесь очень важно найти баланс конструкции.

    С моей точки зрения, сегодня главное, чем мы должны заниматься, что мы много говорили, это начать с нашего самого нижнего звена, с первичек. Они должны у нас реально заработать, должны стать тем фундаментом, на основании которого вообще партия существует. Как проанализировать? Мы постоянно этим занимаемся. К сожалению, многие наши рекомендации и предложения трехлетние не всегда находили до конца понимания. Но те регионы, которые вникли в эту ситуацию, у них гораздо более мощные показатели во время выборов и расстановка на избирательных участках.

    Кстати, я хочу сказать, что помимо выборов Президента вчера состоялись выборы во многие органы муниципальной власти. Если мне память не изменяет, по-моему, 10 тысяч мандатов замещалось. Так вот я хочу сказать, что "Единая Россия" выступила значительно лучше, чем 4 декабря. Но мы об этом не говорим! Мы и сегодня об этом ни слова не сказали! Я не знаю почему. То есть на самом деле рейтинг "Единой России" не снижается.

    Дискин И.Е. Он вырос на 8 процентных пунктов.

    Попов С.А. Поэтому, уважаемые коллеги, мне бы хотелось, чтобы к нашим заседаниям, в нашей деятельности мы больше переходили в практическую плоскость. Такое у меня общее пожелание, коллеги. Потому что тогда результатом могло бы быть действительно и создание неких рабочих групп, какой-то конкретной экспертной группы, в результате работы которой можно было бы подготовить проект. Те предложения, о которых я говорил вначале, и уже следующее заседание, допустим, через две недели посвятить конкретно по направлениям, как действовать. Это большая сложная системная работа. Но, я думаю, партия обязана эти заняться.

    Дискин И.Е. Можно одну фразу только? С моей точки зрения, из этого проистекает простая вещь, простое решение, что рекомендация клуба должна обязательно рассматривать на заседании высшего органа власти. Это должно быть буквально уставной нормой. И тогда это не будет простой говорильней, а будет ясная процедура.

    Попов С.А. Вы, наверное, оговорились, не «власти», а «партии»?

    Дискин И.Е. Извиняюсь, партии.

    Шувалов Ю.Е. Спасибо.

    Васильев В.А. По поводу «говорильни» можно? Говорильня, наверное, тем и сильна, что по содержанию она заставляет прислушиваться. Если не заставляет прислушиваться руководство, пусть она остается говорильней. Не дай бог нам какие-то императивы включать, как мне кажется.

    Дискин И.Е. Ну, почему? Много рекомендаций было подготовлено, они должны рассматриваться руководством партии. Должна быть ясная процедура, чтобы это не проходило мимо.

    Игошин И.Н. Как только будет формализован процесс рассмотрения процедур от клубов, клубы станут тоже начальством, и должен возникнуть кто-то другой, кто формально их критикует.

    Дискин И.Е. Почему это? Друг друга! Вот тут начнется реальная борьба.

    Шувалов Ю.Е. Мы об этом говорим давно на самом деле.

    Пожалуйста, Сергей Александрович.

    Маркин С.А. Уважаемые коллеги! Мне представляется, что первая задача выполнена, Владимир Путин победил на президентских выборах. С чем я тоже всех присутствующих поздравляю.

    Вторая задача нам предстоит сегодня, нам нужно сорвать сценарий попытки «оранжевой» революции. Надо прямо сказать, что наши коллеги и партнеры не скрывают этого, они понимают, что задача максимум – киевский сценарий у них не удастся – добиться отмены выборов через многочасовое стояние. Но ставка сделана, насколько я понимаю, на минский сценарий. Задача минимум – провоцирование беспорядков с тем, чтобы побили демонстрантов, и чтобы все телеканалы мира показали прекрасную юную русскую студентку блондинку с окровавленным лицом, и потом стали «кошмарить» эти выборы и т.д.

    И наша задача прежде всего демонстрировать мощь митинговой активности в поддержку Владимира Путина сейчас. Я думаю, что по поводу того, как с радикальными штурмовиками, прорывщиками – это не вполне наша задача, там есть люди, которые этим занимаются. А наша задача обеспечить срыв такого «оранжевого» сценария. И путем массового участия в митингах, и путем работы сегодня и завтра на телеканалах, эфирах телевидения, в чем как раз все присутствующие принимают участие. Я думаю, что мы справимся с этой задачей.

    И встает наша третья задача: борьба за обновление политики. Очевиден запрос и на стабильность, и на обновление. Теперь началась борьба за это обновление, каким оно будет, потому что разные социальные группы, разные политические группы предлагают разные варианты направления обновления.

    Мы видим, что Дмитрий Анатольевич Медведев в основном прислушивался к "болотному" меньшинству и инициировал политическую реформу. И правильно, это правильная политическая реформа. Единственное, я думаю, нам нужно президентский фильтр все-таки сохранить и, может быть, поднять с 500 до 5 тысяч (более разумно это сделать). Но по сути своей это совершенно правильная реформа.

    Но после того, как прислушались к меньшинству, требующему политическую реформу, очевидно, что Владимиру Владимировичу надо прислушиваться к большинству, к его большинству, требующему социальной реформы по ряду направлений. Среди них важнейшие – это снижение колоссального разрыва между бедными и сверхбогатыми. Это и снижение разрыва в сфере доходов, снижение в ценностной ориентации. Это не дело, когда большая часть людей, обладающая большинством собственности в стране, по сути дела сомнительно, являются ли они гражданами России? Вся их собственность зарегистрирована в офшорах, семьи живут офшорах, дети учатся в западных университетах. По сути дела это какое-то колониальное правление получается! Понимаете? Нам нужно поставить товарищей перед выбором: вы либо в России, либо вне России. Во всяком случае, такое требование большинства. Другое требование – возрождение трудовой морали, о которой мы уже неоднократно говорили. И здесь, конечно, будет очень серьезная борьба.

    Здесь перед "Единой Россией" тоже встает задача, и я бы согласился с Сергеем Александровичем, что нужно скорее переходить от слов к делу. Мы довольно много говорили, но наступает пора принимать решение. "Единая Россия" должна вернуть себе субъектность, она должна быть действующим органом живой структурой, чтобы журналисты приходили и интересовались: кто что решил, кто что предлагает, кто о чем спорит?

    Здесь несколько направлений. Во-первых, повысить открытость по отношению к обществу. Здесь мы видим, что у нас эту программу в какой-то мере перехватил Народный фронт с точки зрения открытости гражданского общества. Но сама "Единая Россия" должна быть более открыта, она должна больше взаимодействовать с обществом.

    Кроме того. Мы говорим о коррупции. Но совершенно очевидно, что "Единой России" надо борьбу с коррупцией начинать с самоочищения. Нужно найти в конце концов политическую волю, поставить вопрос о необходимости сложения депутатских мандатов ряда представителей. Мы знаем фамилии, все на слуху. Начать хотя бы нужно с представителей табачной и водочной индустрии. Это позор! Уже неоднократно приходилось об этом говорить. Коллеги, они все равно не досидят до конца пятилетнего срока, это очевидно. Нужно самим найти волют и предложить им сложить депутатские мандаты. Пусть лучше Владимир Ростиславович Мединский займет эти места в Думе.

    Мединский В.Р. Вы хотите, чтобы я предложил им сложить мандаты?

    Марков С.А. Нет-нет, ты не можешь.

    Мне кажется, такое самоочищение необходимо.

    Правильно Андрей Михайлович поднял вопрос о свободном голосовании в парламенте. Всегда есть некоторая пропорция, у нас она была практически нулевая в свободном голосовании. Может быть, не надо ее делать 100% или 90%, но какой-то формат должен быть, должно быть решение как-то отделять свободное голосование либо консолидированное голосование. Я до сих помню, в депутатской жизни меня еще на первом заседании поразило. Обсуждается вопрос: почему отключили свет в Краснодаре? Поскольку вопрос предложил коммунист, тут же немедленно автоматически не обсуждать его. Но почему не обсуждать? Что это за такие партийные интересы не обсуждать, почему отключили свет в Краснодаре? Конечно, этого не должно быть.

    И последнее, что я хотел бы сказать. Действительно, началась борьба программ (здесь уже об этом говорилось), началась борьба за обновление, началась борьба программ. У нас положена на стол руководству Стратегия "2020", написанная либеральным крылом. Честно сказать, либеральным крылом, той частью, которая во многом провалилась, предлагая те реформы, которые привели к тому, что в результате кризиса у нас Россия упала достаточно серьезно.

    Предложена сейчас народная программа Народным фронтом. "Единая Россия" должна предложить вот это консервативное видение преобразований. Есть огромные наработки, сделанные клубами в процессе работы здесь, и они должны быть использованы достаточно консолидированно. Я бы предложил создать такую рабочую группу и в достаточно короткие сроки предложить руководству страны. Руководство страны обдумает, в какую сторону двигать это обновление.

    Потому что Иосиф Дискин правильно говорил о лозунгах патриотизма, справедливости, государственности, но большинство людей говорит о том, что эти принципы пора претворить в жизнь. Например, мы говорим о справедливости, но имеем, как мы знаем, чудовищное разделение, практически на уровне стран Латинской Америки. Еще Бразилия нас значительно обогнала в этом отношении. Мы говорим о патриотизм, но патриотизм должен имплементироваться, нам нужно эту "офшорную аристократию" поставить на место, вернуть в страну, поставить их перед выбором. То же самое государственность. Мы имеет по сути дела анемию государственных институтов, не способных справиться с самыми элементарными своими обязанностями. Нам нужно, чтобы государство было не просто большим, оно должно быть жизнеспособным. Но сегодня оно скорее похоже на такого больного человека, у которого нарушен обмен веществ, у него 150 кг веса, но он ничего не может делать. Нам нужно сделать из этого государства сильного жилистого атлета, и это требование большинства населения. И руководство обязательно будет этим заниматься. Потому что мы видим, что в предыдущие годы в этом смысле несколько ослабла чувствительность к общественной повестке дня, что, собственно, и привело в том числе к росту различным протестных настроений.

    Сейчас, когда я смотрю на Владимира Путина, как он проводил избирательную кампанию, эта чувствительность к общественной повестке дня у него вернулась. Слава богу, кажется Владимир Владимирович отказался от стилистики Кутузова, который, как мы помним из Льва Толстого, наблюдает за развитием событий, он готов вернуться к политической стилистики своего первого президентского срока. Собственно, это важнейшее требование населения, когда люди требуют обновления Путина, они требует, не чтобы как-то неизвестный Путин пришел, а чтобы Путин вернулся к своему стилю первого президентского срока. И мы, мне кажется, к этому обновлению должны предложить видение обновления на консервативных принципах, тех самых, над которыми мы работали здесь несколько лет, и которые во многом готовы, нужно как можно быстрее сформулировать написанную программу и предложить ее. И публичный спор.

    Игошин И.Н. Короткий комментарий в продвижении того, что сказал Сергей Александрович. Мы должны понимать, что в первый срок Путин, в первые два года по сути дела, он принял все решения, которые заложили фундамент всех происходящих изменений. И все продуктивные экономические решение были приняты именно тогда.

    Единственный акцент, мы должны помнить тогда была низкая цена на нефть, и был внешний мотиватор к принятию реальных решений для движения, для выстраивания экономической политики.

    Сейчас цена на нефть крайне высокая и обещает быть высокой еще достаточно долго. И это достаточно серьезная проблема, которую надо суметь преодолеть. То есть здесь у нас горе от избытка получается, и это очень серьезная угроза.

    Марков С.А. Можно одну короткую реплику? Для экономики имеет значение, как ты знаешь, Игорь, не столько цена на нефть, сколько темпы роста, темпы изменения цен. А вот как раз в первые два-три года темп изменения в сторону повышения был достаточно высокий. К тому же ряд решений был принят по "ЮКОСу" в первое время. Сейчас опять настало время этих решений.

    Плигин сказал, что у нас второе десятилетие в истории всегда было бурным, плохим. Я бы сказал не так, оно было решающим в создании новой страны. Я думаю, в какой-то мере это десятилетие опять будет решающим в создании новой страны.

    Игошин И.Н. Три слова. Мы должны помнить, что люди, живущие в стране, в первые два-три года правления Путина и сейчас – разные люди. Разные ожидания, разные потребности и разная самооценка. Сегодняшняя ситуация кардинально отличается и будет не так просто. В действительности да, мы прошли этап, но впереди такие сложные времена.

    Шувалов Ю.Е. Спасибо.

    Пожалуйста, Владимир Абдуалиевич.

    Васильев В.А. Уважаемые коллеги, я бы хотел вас всех поблагодарить за возможность участвовать в обсуждении. Действительно, сегодня очень сложную, важную тему, как мне кажется, затронули. Большое спасибо всем, кто высказался по этому поводу. Действительно, очень существенно, что мы сегодня собрались, на второй день. Сергей Александрович правильно сделал акцент, что выборы еще были и на муниципальном уровне. И то, что они показали тренд – это действительно очень важный момент, который я хотел бы тоже подтвердить, потому что он крайне важен.

    Теперь на что бы хотелось обратить внимание к тому, что было сказано.

    Первое, как мне кажется, то, что говорилось "справедливость". Справедливость еще предполагает то, что люди увидят эту справедливость, ощутят на себе. Это, наверное, самое сложное.

    Здесь говорили об инструментах, говорили о подходах. Но, наверное, самое главное, о чем сейчас у нас никак не получается, это реализовать программу, например, программу утилизации, успешно. А вот последние программы, которые реализовывались, такими очевидно успешными для всех не назовешь. Например, техосмотр. Не знаю, кого это черт под руку дернул… Кстати, мы в Твери партией проводили такой эксперимент три года, он заработал. Его никто не рассмотрел. Включили этот эксперимент. Он не работает, и не будет работать, коллеги. Сейчас люди весной встанут, и не будет сотрудников ГИБДД в достаточном количестве при ДТП. Тема, допустим, в Петербурге есть аварийных комиссаров, она у нас на периферии обойдена.

    Я к чему веду разговор? Чем мы отличаемся от оппозиции, особенно после этих выборов? Мне кажется, мы и сами немножко заболели тем, что стали критиковать. Но у нас нет такой возможности, мы должны отвечать. Мы критиковать-то можем, это хорошо – самокритика, но нам придется отвечать перед официальными критиками оппозиции за то, что сделано. Вот это самое главное.

    Я короткий пример приведу. Он немножко внимание привлечет и вас заинтересует. Мы в марте месяце запланировали "круглый стол" по предельно простой теме – розыск детей. Я не буду говорить о цифрах, вы все их знаете. Но когда в глубину вошли, оказалось, что у нас в обществе идут процессы очень интересные мимо нас. Гражданское общество самоорганизуется. Вот появились волонтеры, разные организации, которые стали заниматься розыском детей и пропавших на свой страх и риск, за свой бюджет. И, знаете, поскольку они исходили из решения общественно-полезной цели, а не так, как многие наши институты заболели с точки зрения коммерческой, помните, мы даже сказали, что терминологию надо разделять, настолько это все скомпрометировано. Потому что работающие проекты работают по принципу: я тебе предлагаю вот столько-то, ты будешь получать столько-то, а я буду получать вот столько. А вот тут начинают работать. И я приведу пример, насколько это эффективно. Вот конкретная ситуация: пропал ребенок. В лучшем случае возбуждается уголовное дело. Реальные силы УВД и МЧС – это человек 8-10, которых и то еще не всякий раз соберешь. Серьезно прочесать регион, лес невозможно. А они это делают в круглосуточном режиме. У нас нет круглосуточного режима, это наши существующие институты власти, которые за это несут ответственность.

    И вот если с этой точки зрения посмотреть, сейчас они начинают работать, мы находим взаимодействие, надо будет менять инструкции, определенные правила. Эту тему мы взяли, к примеру, эту тему можно решать. И я считаю, нельзя ее никому отдавать, потому что это как раз та общественно-активная часть молодежи, которая может найти свое место в системе власти. Не в конфликте, а разделить обязанности и полномочия. Это один момент.

    Другой момент. Вот сегодня говорили о военной реформе. В Мигалово у нас достаточно большой аэродром, транспортная военная авиация. Все здорово! Выделили квартиры. 46 получили, 140 обещают. Встречались с военнослужащими буквально недавно. Подходят четыре человека и говорят: представьте, 12 лет ждал квартиру, подъезжаю к дому, сделано все криво, даже нет замка, двумя гвоздями забита дверь из ламинированного картона, внутри никакой сантехники, ничего толком. К чему я веду разговор? Выделены большие деньги, нам-то за всё это тоже придется отвечать. То есть нужно какое-то сопровождение. Здесь говорили коллеги о механизмах.

    И последнее. Законодательство. Вот здесь было сказано, как бы институты усиления, жесткий подход… У нас, во-первых, тренд либерализации законодательства, и мы недавно, коллеги, либерализовали таким образом законодательство в сфере налогов и то, что противодействует мошенничеству, что это стало огромной проблемой сейчас. Мошенничество имеет развитие, которое сопоставимо уже с проблемой коррупции. Мошенничество дискредитирует всякую работу! Массовое и часто безнаказанное, с использованием сегодня существующих возможностей Интернета в частности.

    Так вот, второй момент. Мы с вами легализовали по сути налоговые преступления. Вот сейчас пришло время, когда нам нужно будет отвечать за эти шаги наши. И нам самим нужно это сделать раньше, чем это сделают наши оппозиционеры. Это правильно, это нужно, надо просто этим заниматься.

    Поэтому мне кажется, с учетом того, что мы обсуждали, очень важно – мы работаем в области законодательства, это то, за что большинство сегодня отвечает перед обществом по большому счету, и никто с нас не снимет эту ответственность. У нас впереди, и уже наступил, очень сложный период, потому что у нас большое представительство оппозиции. И с этой точки зрения нам нужно будет обгонять и, правильно здесь было сказано, выигрывать в постановке таких важных для общества задач. Если мы это сделаем, то будет очень серьезно меняться ситуация.

    И последний штрих, на который просто хочу обратить ваше внимание. Смотрите, как интересно, у нас в России есть несколько совершенно разных территорий, на которых по-разному происходят выборы. Посмотрите, Кавказ. Там идет большинство терактов. Вот мы сегодня говорили, и Ирина говорила о безопасности. Посмотрите, с одной стороны, безопасность там – это огромная проблема, с другой стороны, посмотрите, какие голосование. О чем это говорит? О том, что радикализация общества приводит к такому процессу тоже, видимо.

    Игошин И.Н. Потому что там нет голосования.

    Васильев В.А. Нет-нет, я выскажу свое мнение. То, что мы говорим, кто понимает, это больше понимают наши критики. Но есть и другое. Вот сегодня уже говорили о том, что партия формировалась как партия власти (нравится или не нравится), и то, что мы имеем – это тоже результат. Так вот в партии очень много людей, и на уровне региональном, и не только, которые крайне заинтересованы в сохранении той несовершенной системы, которую наш кандидат всячески отталкивал, критиковал ее, боролся с ней, и только за счет этого появился новый Путин и новый избиратель нового Путина прибавился.

    Так вот, если из этой точки зрения исходить, то значительная часть в ожидании того, что цикл замкнулся, период наступил, всё будет, как и было. Поэтому это тоже очень важный момент, его нельзя упустить. Спасибо.

    Шувалов Ю.Е. Роберт Александрович, пожалуйста.

    Шлегель Р.А. Добрый день! Я бы тоже хотел всех поздравить с победой Владимира Владимировича. Очень интересный у нас разговор получается, жаль, что не все его могут слышать, поскольку какая-то часть совершенно прекрасных и, наверное, очень занятых людей куда-то ушла. Я думаю, что обновление партии нужно начинать с уважения друг к другу, потому что все заняты, и всем есть, куда уйти. Но это лирика и отступление.

    Касаемо выборов. На мой взгляд, выборы показали, что кредит доверия у Владимира Владимировича значительно выше, чем у партии. И нам нужно думать о том, как партии дорасти до Владимира Владимировича.

    Конечно, выборы показывают, что есть, грубо говоря, два типа электората: те, кто пришел на выборы, хотя до этого туда не ходил (я таких людей встретил на участке, где я живу), и эти люди пришли, потому что обожглись в 90-е и не хотят повторения этих событий (это одна часть – это те, кто, как мне кажется, и дал такой высокий результат – выше 50%), и вторая часть общества – это та часть общества, которая хочет перемен, причем перемен, не голосуя за Путина.

    Есть также, наверное, у кого-то убеждения, что если такое количество людей проголосовало за Путина, то их все устраивает. Нет! Я думаю, что многие из них выбирали между бо̀льшим злом и меньшим злом в том смысле, что на весах стояла, с одной стороны, стабильность и нормальная жизнь, в которой они знают, как ориентироваться, с другой стороны, стояла неизвестность. Но это не означает, что их устраивает то государство, в котором они сейчас живут. И в этом смысле, как мне кажется, не имеет значения какая идеологическая платформа будет у "Единой России", значительно бо̀льшее значение играет то, что мы можем предложить в смысле решения конкретных проблем. Я говорю сейчас о коррупции, я говорю сейчас о повышении качества услуг.

    К сожалению, бо̀льшая часть наших граждан, когда приходит к чиновникам, попадает в ситуацию, когда они что-то им должны. Я далек от желания покрывать деятельность каких-то коррупционных, вороватых, неэффективных людей. Я считаю, что партия в этом смысле должна, конечно, как можно сильнее отмежевываться от чиновничьего аппарата и заставлять этот аппарат быть более эффективным. Потому что сейчас наши оппоненты (как системные, так и внесистемные) сосредоточат свою деятельность как раз на гражданских проектах, которые на федеральном уровне уже в большей или меньшей степени получились, на проекта по борьбе с коррупцией, по повышению эффективности. У нас есть все инструменты, и я считаю, что в этой ситуации у нас есть уникальная возможность перехватить эту инициативу и решать конкретные проблемы конкретных людей. Что я имею в виду? Я не говорю о том, что это сейчас не происходит, но то, что это необходимо расширить, то, что партия (как уже здесь неоднократно говорилось) должна быть в меньшей степени привязана к административному аппарату – это совершенно точно. Потому что на сегодняшний день мы имеем ситуацию достаточно частую, когда наши оппозиционные коллеги кричат о том, что такой-то чиновник совершает преступления (естественно, это, как правило, не доказуемо практически), а мы на эту тему молчим, не обращаем внимания. Мне кажется, это не совсем правильно, а, точнее, совсем неправильно.

    Что касается успеха Прохорова, то надо сказать, что Прохорова в парламенте нет, а это означает, что та часть электората, которая вчера голосовала за него, это люди, которые имеют прямое отношение к нам. Потому что идеологически никакая другая партия их электоратом не является, ни «Справедливая Россия», ни КПРФ, ни ЛДПР, это люди, которые имеют отношение к нам, и мы должны их потребности удовлетворить. Они выбирали между Прохоровым и Путиным по большому счету.

    Что касается деятельности партии. Я считаю, что партия в процессе обновления должна предложить следующие вещи. Во-первых, это проекты, это их более эффективная реализация и обновление проектов. Потому что многие проекты партии, которые на сегодняшний день существуют, носят декларативный характер.

    Безусловно, я считаю, что партия должна предложить современные сервисы по обращению граждан, по работе с обращениями граждан. У меня «ВКонтакте» есть приемная, и за время пока я работаю, я там смог уже тысячи обращений разрешить в положительном ключе. Я думаю, необходимо, чтобы подобная практика была повсеместно. Более того, я считаю, что партия должна иметь зеркальное отражение своей деятельности в сети. Все, что мы делаем, а делается достаточно много, должно иметь свое отражение в сети, потому что по большому счету те люди, которые о нас пишут, те люди, которые могут быть гражданскими активистами, которые могут вступать в партию, активные люди – они составляют свою точку зрения о происходящем из сетевого пространства. Именно для них мы должны быть понятны, мы должны быть открыты, мы должны занимать то пространство, которое по какой-то причине (может быть, от любви к традиционным средствам массовой информации, к телевидению, к радио) мы фактически освободили для наших достаточно радикальных оппонентов.

    И хотелось бы сказать по поводу результата на выборах. Я убежден, что этот результат, с одной стороны, кто-то может сказать, что это везение, но я убежден, что везет только тем, кто много работает. Это результат большого труда. Я вообще полагаю, что результаты на этих выборах прямо пропорциональны труду, который был затрачен всеми кандидатами. И я считаю, что необходимо достигнутый результат сохранить, потому что, если через два-три года общество, оказав достаточно высокий кредит доверия нам и Владимиру Путину (в первую очередь, Владимиру Путину), не увидит серьезных изменений, не ощутит их на себе, то мы столкнемся с ситуацией, по сравнению с которой нынешние какие-то митинги протестов покажутся цветочками. И поэтому для нашей партии сегодня все не заканчивается, и расслабляться не надо, а все только начинается.

    Я считаю, что мы должны сосредоточиться, осознать то, что необходимо сделать и смело идти дальше.

    Хотелось бы сказать, что сегодня, я надеюсь, мы все встретимся на площадях. Спасибо.

    Васильев В.А. Вопрос можно? Как вы считаете, приемные Путина на сегодня актуальны? Или же имеет смысл переходить к приемной партии или к приемной депутата? Если можно, покороче.

    Шлегель Р.А. Очень коротко. Я могу привести пример. Количество людей, которое я принимаю лично кратно отличается от количества людей, которое можно…

    Васильев В.А. Меня интересует ваше мнение.

    Шлегель Р.А. Приемная Путина актуальна, как и приемная партии. Возможно, имеет смысл остановиться на какой-то одной приемной. И я считаю, что у каждой приемной должно быть свое представительство в сети.

    Васильев В.А. Свое мнение просто зафиксирую. По поводу приемных Путина, мне кажется, это не совсем так. Он не опирался на них, как мы ни хотим, это отдельные вещи. Нам нужно переходить на приемные партии, на мой взгляд.

    Шлегель Р.А. Просто я приемные Путина воспринимаю как приемные партии.

    Шувалов Ю.Е. Коллеги, я предлагаю дать слово Ивлиеву и Мединскому. Пожалуйста.

    Ивлиев Г.П. Я очень коротко. Конечно же, победила программа на этих выборах, программа, в которой были изложены те ценности, которые общество воспринимает и к которым стремится. Победили консервативные ценности, победили правовые ценности. И победила та программа, которая отразила действительное существование проблем. Путин об этом и говорил, что в программе излагаются проблемы и этапы будущего развития.

    Для нас очень важны, конечно, государственность, патриотизм, в меньшей степени справедливость, потому что справедливость – это очень далекая цель, которая не может быть инструментом работы, это цель, к которой можно стремиться. А здесь, в программе, самое большое достоинство – это правда. Партия, которая реализует ценности, победившие на выбора, заложенные в программе, прежде всего вынуждена будет говорить правду. Правду, которой не хватает ни во внутрипартийной жизни, ни в государственной жизни. Можно говорить, что надо бороться с коррупцией, поддерживать государство, но мы должны обратиться к более существенным моментам, которые определяют, как же мы можем победить коррупцию и укрепить государство, к тем ценностям, которые внутри человека складываются веками. Путин их назвал. Мы можем увидеть, что постановка вопроса о полиэтническом государстве и исторической роли этого государства в становлении России основополагающие вещи ­– культурные ценности.

    Посмотрите на кампанию, большая часть доверенных лиц Путина была из сферы культуры. Большая часть лиц, которые были на экране, которые отдавали свой голос за Путина, были деятели культуры. И при этом, почему они были на стороне Путина? Потому что он сказал: в прошедшее десятилетие внимание к развитию культуры было недостаточным. Он сказал правду, он сказал то, что есть. Но правда эта может легко превратиться в ложь, если всё, что было сказано в программных статьях, не будет реализуемо. И наиболее популярной на протяжении будущего периода будет та партия, которая предложит систему мер по реализации тех положений, которые в этих программных документах были сформулированы.

    Я могу сказать, что задачи клубов и партии в ближайшее время будут заключаться в том, чтобы мы механизмы прорабатывали реализации всех этих планов. Механизмы, которые ведут к конечной цели.

    Я могу сказать, так получилось, что я сейчас реализую те законы, которые я вносил в Думу и которые были приняты и за которые мы проголосовали. Тот же закон о художественном образовании и об охране памятников. И могу сказать: недостаточно проголосовать, недостаточно выдвинуть идею, вот реализовать ее гораздо сложнее и труднее.

    И задача партии, конечно же, идти в приемные. Когда мы находим путь к человеку, мы получаем преимущество. Нашли путь к лидерам общественного мнения, к деятелям культуры, – мы получили преимущество на выборах. Но если мы сейчас не сделаем то, что необходимо сделать в сфере культуры, то мы начнем проигрывать сразу же.

    Я могу сказать, что борьба с коррупцией и правовое государство – это хорошо, но когда мы под понятием «правовое государство» понимаем бюрократическую регламентацию каждого движения чиновника или человека – это не дает борьбы с коррупцией, это наоборот коррупцию порождает. Нам очень важно дать свободу человеку, которая будет залогом того, что бюрократия и коррупция будут побеждены.

    Такие ценности в программе заложены, нужно их реализовать.

    Я всецело поддерживаю тех наших коллег, которые говорят о конкретных мерах. Сергей Александрович Попов и Сергей Александрович Марков сказали примерно то же самое, и я очень рад, что я могу во многом повторить эти важные для нашей партии положения. Спасибо.

    Шувалов Ю.Е. Владимир Ростиславович, пожалуйста.

    Мединский В.Р. Спасибо большое.

    Путин победил не просто в первом раунде, Путин победил нокаутом. Давайте признаемся, не все этого ожидали, и мы сами этого не ожидали с таким результатом. Это видно по реакции оппозиции. Один уже эмигрирует, начальник штаба Прохорова Красовский. Он уже заявил, что эмигрирует из страны. Миронов вчера нес в эфире такую околесицу, что мне даже неудобно за него было. Он был в такой степени растерян и потерян, что просто удивительно. Никто этого не ожидал.

    У нас сейчас начнется с вами то, что Иосиф Виссарионович Сталин называл емким словом «головокружение от успехов». Мне кажется совершенно очевидным, что мы должны понимать для себя, что народ проголосовал за Путина не потому, что он счастлив безмерно от той жизни, которая у него есть. Народ проголосовал за Путина главным образом потому, что он понимает, что в стране много чего надо менять, полагая, что Путин сможет это сделать эффективнее. Ну, потому что у него больше опыта, власти, уважения, знания страны и проч. То есть народ проголосовал не за статус-кво. Народ вообще за прошлое никогда не голосует. Понимаете? Черчилль войну выиграл и вылетел через месяц с поста премьер-министра весь в рыданиях. Потому что люди не голосуют за прошлые успехи, люди голосуют только за будущее.

    Кстати, надо отметить технологическую грамотность штаба. Посмотрите, все ругали, что Говорухин как начальник штаба неудачный, доверенных лиц понабрали бог знает кого, деятелей культуры, искусства, какие-то статьи длинные заунывные публикуются, в дебатах Путин не участвует. То есть все плохо. Что альтернативные контрмитинги – это неправильно. А на выходе получилось, что все сработало, то есть кампания на выходе получилась эффективная. Понимаете, как ни странно?

    И что получается? Люди проголосовали за Путина как за реализатора реформ. И я поддерживаю Роберта, что если эти реформы осуществлены не будут… Вчера Соловьев сказал в эфире гениальнейший экспромт: «Если реформы сведутся к тому, что Белый дом переедет в Кремль, а Кремль в Белый дом, мы с вами еще пожалеем о том, что мы так мирно здесь сейчас сидели и радовались всему, что есть».

    Стране нужны реформы. Путин получил за реформы две трети голосов, это называется «карт-бланш», он получил фактически монархические полномочия на шесть лет на проведение серьезных реформ в стране, мы должны его в этих реформах поддерживать и подталкивать его к этим реформам. Вот основная наша задача: поддерживать и подталкивать! Потому что вокруг Путина образуется сейчас огромный круг людей, которые скажут: ничего не надо изменять, нормально все, видите, народ нас любит, все хорошо!

    Шувалов Ю.Е. Кстати, сегодня это уже прозвучало.

    Мединский В.Р. Уже прозвучало? Потому что им хорошо, главное, что меняться недалеко: Кремль – Белый дом, Белый дом – Кремль. Это оплата сделанной работы? Нет! Это выдан громадный аванс Путину. Он своим трудом этот аванс заработал, и он его получил. Вопрос: как он им распорядится? Вот об этом надо думать. Спасибо.

    Шувалов Ю.Е. Может быть, будем выходить на итоговые какие-то вещи?

    Максим Григорьевич, пожалуйста.

    Григорьев М.С. Я постараюсь кратко, в некотором плане даже продолжу то, что говорил Владимир Ростиславович. Действительно, я тоже боюсь некоторого головокружения от успехов. Надо вспомнить, что некоторое время назад мы примерно в том же составе в этой аудитории сидели с совсем другими настроениями. Мне кажется, забывать не надо. Здесь действительно выступало много людей, много было высказано интересных мыслей и много вопросов. Но основной вопрос: что делать, как реформироваться партии «Единая Россия»? И каждый, это обсуждая, где-то сам себя останавливает, на мой взгляд. Как я вижу со стороны, практически каждый говорил здесь, здесь есть три разных пути.

    Первый путь – это создание (как говорил Дискин) некого нового большинства. То есть оставлять партию, как партию, которая включает в себя много разных идеологических элементов, много разных людей, внутри фракции и политические группы и т.д., и пытаться в новой ситуации так или иначе остаться партией власти и партией большинства.

    Шувалов Ю.Е. «Партия власти» – неприемлемое для нас название.

    Григорьев М.С. Я понимаю, что это неприемлемо, но некий элемент. То есть примерно оставлять так, как есть. Но я лично пока не вижу, как включить в эту новую конструкцию средний класс, тех, кто за Прохорова проголосовали. Да, наверное, через некоторое время будут механизмы работы и с ними, и часть идеологически как-то будет интегрирована, я имею в виду сам электорат. Но как в нынешней ситуации сделать, я, например, не совсем понимаю. Это первый путь.

    Есть второй путь, о котором здесь тоже говорили, это сосредоточиться партии на какой-то определенной идеологической нише. Сосредоточиться, в ней укрепиться и четко ее занять. Но давайте идти дальше, поймем, что это означает? Это неминуемо означает, что часть людей, которые в партии, возможно, часть политклубов из партии выйдут, постепенно окажутся вовне. Тут ничего не поделаешь, это естественный процесс. Я просто развиваю мысль, о которой говорили все, до некой логической точки. Часть людей в Думе, часть людей во фракции, благодаря этому сценарию, окажутся вне этой новой партии.

    Тогда, естественно, возникает вопрос, мы понимаем, что будут различные подходы. Одни будут говорить: давайте мы на этой платформе объединимся, а другие будут говорить, что на этой, и здесь надо будет доказывать, почему эта платформа лучше, чем другая, почему эти люди лучше, чем другие. Естественно, возникает вопрос: а куда денутся те, которые останутся вне этого? И каждый из нас должен это понимать. Все об этом говорят, но не доводят до конца.

    Есть третий сценарий. Третий сценарий: ничего не делать и оставить примерно все, как есть, тем более фракция в Думе есть, позиция есть, идет, как идет.

    Шувалов Ю.Е. Вариант НДР, мы знаем его.

    Григорьев М.С. Совершенно верно, вы, кстати, очень четко сказали. Но, я думаю, еще четче можно сказать. Мы понимаем, что победой Владимир Путин не полностью обязан «Единой России», и вклад в победу Путина непосредственно партией «Единая Россия» – вопрос для дискуссии. Все здесь взрослые люди и все понимают, о чем идет речь.

    И поэтому, я думаю, если Владимир Путин меняется сам, руководство страны меняется и активно, конечно, руки до партии «Единая Россия», безусловно, дойдут. И до НДР мы просто не дойдем, за это время многое что изменится. Если сидящие за столом не подскажут себе сами, то им подскажут другие, как и куда двигаться.

    Вот эти три сценария, из которых, собственно говоря, надо выбирать. И выбирать. И выбирать, мне кажется, надо в ближайшее время, иначе это приведет к другому.

    Вот вы просили подвести итоги, вот я и подвожу их в каком-то смысле: надо идти дальше.

    Очень точно говорил Сергей Александрович Попов. Я его знаю 15 лет, он 15 лет занимается партстроительством, и до этого еще 15 лет занимался. Он правильно сказал: надо критиковать губернаторов, надо по-другому строить. Но каждый себе мало представляет: а в каждом конкретном случае как выстраивать систему управления? Как в конкретном регионе? Кого выбирать руководителем исполкома? Как уходить в оппозицию? Всем уходить в оппозицию к исполнительной власти? А к чему это приведет?

    Шлегель Р.А. Это не так плохо.

    Григорьев М.С. Это не так плохо, и, кстати, ничего страшного в этом нет. Если мы посмотрим десять лет назад, лично мы вели избирательные кампании за партию «Единая Россия», где губернаторы были не члены партии и работали против, и мы выигрывали. Кому интересно, в той мере, в какой я могу об этом говорить, я могу рассказать.

    Шувалов Ю.Е. Нет, они могут просто дистанцироваться.

    Григорьев М.С. Ничего страшного в этом нет, но каждый должен понимать, что это совершенно другая конструкция.

    Шлегель Р.А. Здесь вопрос не в принципиальной оппозиционности, в прагматичности подходов. Конкретная ситуация…

    Григорьев М.С. Нет-нет, просто каждую идею нужно доводить до логического конца. Если мы говорим, что нам надо поднимать рейтинг, в том числе и критикуя губернаторов, то это совсем другая конструкция. Она имеет право на существование, она у нас уже была, и где-то она эффективна. Но это все совершенно по-другому надо выстраивать. В каждом конкретном регионе нужно будет находить оппозиционные группы, финансово-промышленные группы, нужно будет находить политических деятелей, которые будут готовы выстраиваться. Каждый раз нужно будет считать, выиграем мы от этого или проиграем. Это целый вопрос, правильно Сергей Александрович говорил: готовы к этому или не готовы?

    Шувалов Ю.Е. Сергей Александрович призвал к разработке более программных документов, более системных документов, которые можно обсуждать на разных уровнях. Чем мы и должны заниматься.

    Григорьев М.С. Да, должны.

    Во-первых, все эти три сценария надо обсуждать, доводя до конца, и себе отдавать в этом отчет. Не говоря уже о том, что выбирая какие платформы, какую идеологию (если идти по второму сценарию) нужно будет доказывать, почему эти лучше люди, а не эти, почему так или не так.

    И последнее, к чему, мне кажется, партия должна быть готова, надо не только разрабатывать эти документы и прочее, надо уметь и проигрывать в том плане, что вести арьергардные бои. Надо понимать, что выборы губернаторов, которые будут, не везде мы обязательно выиграем, и дальше надо как-то существовать. А пока мы знаем, что любой такой сильный проигрыш (хотя бы символический) в каком-то регионе, на данный момент ведет к полному пессимизму, полному откату назад, и в течение энного количества времени никто не представляет, как жить дальше. Хотя в сущности ничего страшного в этом нет, ну проигрывали, выигрывали.

    Спасибо.

    Васильев В.А. Можно реплику в продолжение разговора? Мне кажется абсурдным, говоря о партии, быть в оппозиции к власти. Надо понимать, о чем мы говорим. Это инструмент, о чем мы все время говорим, которым надо решать задачи. В какой оппозиции? Мы должны впрячься и тащить все вместе!

    Григорьев М.С. Три сценария, и надо их доводить до конца.

    Васильев В.А. Но схема должна работать, как часы.

    Шувалов Ю.Е. Я бы хотел предоставить слово Платону Валерьевичу.

    Агапов П.В. С моей точки зрения тут прозвучали очень важные фразы насчет головокружения от успехов. Самое гениальное, что Владимир Владимирович Путин превратил выборы Президента в референдум и благодаря этому выиграл. Это был референдум о независимости, о политическом суверенитете. Это действительно так, две трети, которые голосовали, голосовали не за политическую фигуру, а голосовали за человека, который олицетворяет символ России.

    Я человек непартийный, поэтому могу говорить довольно-таки свободно. Путин выиграл благодаря тому, что очень вовремя команда перестроилась и рядом с ним не оказалось «Единой России». Всю предвыборную кампанию Путина «Единой России» вообще не фигурировало. Перестал фигурировать даже Общероссийский народный фронт. Были выдвинуты в штаб нормальные фигуры, которые поддерживает абсолютно все население. Даже тот же Говорухин, мы его все прекрасно знаем, с начала 90-х годов, его позицию, когда он выступал и против Ельцина. Это яркая общенародная фигура. Я не знаю, тут обижаться можно, но заслуги «Единой России» и Народного фронта в победе Владимира Владимировича Путина абсолютно нет. Для большинства это действительно референдум о независимости и политическом суверенитете нашей страны.

    Другой момент, очень важный для партии (я тоже все наблюдал) – это слабость оппозиции. Извините меня, слава богу, что эта оппозиция была такой. Но проблема партии заключается в том, что даже против этой оппозиции, когда они выходили на дискуссию… Я внимательно следил за предвыборной кампанией и что я видел. Маленький канал «Совершенно секретно», выходит одна «депутатша» от «Единой России», спортсмен какой-то, и Шендерович с Рыжковым просто их отпинали, как котят. Я не знаю, откуда таких спикеров взяли? На самом деле в партии большая проблема – это публичные спикеры. Сколько я слушаю, единственный спикер, который может вести дискуссию, это Андрей Исаев. Великолепно!

    Васильев В.А. Может быть, на личности переходить не будем? Исаева здесь нет.

    Агапов П.В. Хорошо. И еще. На мой взгляд то, что будет происходить с партией. Основной вопрос так и повисает в стране. Основной вопрос – это русский вопрос, создание политической нации. Здесь много говорили о патриотизме. Ну, я не знаю… Дискин сказал, что нет социологов, я кандидат социологических наук. Патриотизм начинается с политической нации. Государственность начинается с гражданства. У нас здесь самые большие проблемы. Этот вопрос будет стоять перед страной номером один: создание политической нации. Иначе мы все уйдем.

    Вы думаете, Дагестан так голосует, это политическая нация? Это патриоты, там, где ведется гражданская война? Нет, конечно.

    Перед страной стоит вопрос коррупции. Тоже всё прекрасно знаем.

    Насчет идеологии. Не в программах дело. С моей точки зрения, есть очень важная идеология общего дела. Когда у нас в университете преподавательский состав занимается общим делом, для меня не важно, кто он, коммунист, социал-демократ, представитель Прохорова, у нас есть самый главный, кто нам мешает – это министр, он нашему общему делу противостоит. Идеология общего дела на любом участке – вот это, на мой взгляд, очень важно.

    Посмотрим. Россия большая, она и это переживет.

    Шувалов Ю.Е. Спасибо.

    Я предлагаю заканчивать, коллеги, очень полезное обсуждение. Будем двигаться дальше.

    Попов С.А. Юрий Евгеньевич, два слова скажите в заключение.

    Шувалов Ю.Е. Итог? Я мыслю так, с чего я начал. Я считаю, что действительно партия должна становится партией и занимать политическое пространство именно в соответствии со своей платформой. Потому что политическая конкуренция сейчас реально будет существовать. И мы либо должны стать партией партий и включать в себя разные, либо мы должны четко сконцентрироваться на той платформе, которую мы реализуем. И в этом смысле понятно, что мы должны размежеваться в данной ситуации между собой с тем, чтобы на новом этапе объединиться. Это вполне естественный процесс в этой ситуации.

    А создавать народную партию и партию демократии большинства – это попытка ребрендинга фактически «Единой России». Но мы выжали все из интеграционного процесса политической системы, сейчас пошли другие вещи. Это опасно просто, тогда может взрыв быть.

    Если мы хотим сохранить ядро и сохранить людей – политиков, нам надо срочно идти по этому пути. Ничего страшного не будет, если даже на каком-то съезде в какой-то момент наши платформы будут спозиционированы как конкурентные в политическом плане. Но все равно мы останемся в одной фракции, фракция нас объединяет сейчас. Хуже, если опять начнется администрирование, когда людям будут звонить и говорить, к кому он должен примкнуть. Должен быть естественный процесс, люди должны свой выбор сами сделать.

    Шлегель Р.А. Если говорить о заседаниях, например, то если бы от «Единой России» (а это возможно) выступали три человека с разными позициями по какому-то вопросу, то это было бы значительно интереснее, чем один человек выступает за, комитеты за, а все остальные фракции выступают против.

    Шувалов Ю.Е. Кстати, Нарышкин сейчас создает при Председателе Совет партий. Там от «Единой России», если у нас будут разные взгляды у людей, может быть четыре или три представителя. Мы это можем доказать, потому что они стоят на разных позициях. Скажем, у Плигина правоконсервативная, у нас социал-консервативная платформа, но по большому счету мы всегда можем договориться, что мы за Путина, условно говоря, или мы за суверенитет. То есть какие-то глобальные вещи нас объединяют.

    Но в данной ситуации нельзя быть просто народной партией, это опасно. «Единая Россия» не выживет здесь с такой претензией, потому что на ней стоит уже очень много нехороших печатей, и мы в данной ситуации должны показать именно тренд политического процесса, который внутри идет.

    Но при этом отказываться от партии, как с НДР было, нельзя, потому что это угроза для страны, потому что партия – действительно системообразующая политическая сила, поэтому она должна просто показать процесс модернизации.

    Спасибо.

    Версия для печати